«УЗЕЛ НА ШЕЮ КАЖДОГО ЖУРНАЛИСТА». ЧТО НЕ ТАК С ПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫМ ЗАКОНОПРОЕКТОМ О МАССМЕДИА?
14 февраля, 2023 - 11:14
«УЗЕЛ НА ШЕЮ КАЖДОГО ЖУРНАЛИСТА». ЧТО НЕ ТАК С ПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫМ ЗАКОНОПРОЕКТОМ О МАССМЕДИА?
Автор: Администратор
248

Журналисты в отдельном помещении смотрят и слушают выступление президента Казахстана

Вынесенный на публичное обсуждение законопроект «О масс-медиа», который разработан правительством, де-факто вводит цензуру и усиливает контроль государства над СМИ, считают казахстанские журналисты и прессозащитные организации. Почему они призывают власти отказаться от этого документа?  

Правительственный законопроект, вынесенный недавно на обсуждение и опубликованный на сайте открытых нормативно-правовых актов, возмущает журналистов и медиаюристов. Несколько месяцев они участвовали в работе группы, созданной при министерстве информации и общественного развития, выдвигали свои предложения. Но их замечания и пожелания в основном не учли.

ЖУРНАЛИСТИКА ДЛЯ ИЗБРАННЫХ. ИЗБРАННЫХ ПРАВИТЕЛЬСТВОМ

Статус журналиста, как гласит законопроект, должен подтверждаться пресс-картой. Полномочиями по её выдаче собираются наделить комиссию при министерстве. Для получения карты журналист должен обладать опытом работы не менее трёх лет, иметь диплом о высшем образовании «в соответствующей или смежной специальности». При отсутствии такого диплома необходим как минимум пятилетний опыт работы.

— Cоздаётся ощущение введения данным законопроектом косвенной системы лицензирования деятельности журналистов, — комментирует ситуацию Карлыгаш Джаманкулова, руководитель прессозащитного фонда «Адил соз». — Журналистика не подпадает под категорию тех профессий, которые требуют лицензии. Если законопроект будет направлен в таком виде в мажилис и принят, мы превратимся в страну с жесточайшим контролем над свободой слова.

Составители закона между тем ссылаются на международный опыт, в том числе Турции. В этой стране, к слову, пресс-карты стали инструментом давления: находящееся в ведении президента управление вправе в любое время отменить полномочия журналиста путём аннулирования карты. А чтобы получить её, журналист не должен «вести деятельность, противоречащую принципам национальной безопасности и общественного порядка». С 2016 по 2018 год (после попытки государственного переворота) турецкое правительство аннулировало две тысячи пресс-карт, а в 2020-м — ещё 1400. По заявлению президента Турции, журналисты без пресс-карт — не журналисты.

Журналисты казахстанских СМИ в кулуарах парламента

Журналисты казахстанских СМИ в кулуарах парламента

В казахстанском проекте говорится, что журналиста могут лишить пресс-карты за «несоблюдение норм профессиональной этики».

Медиатренер Бактыгуль Бурбаева подчёркивает, что вопрос профессиональной этики журналистка не должен регулироваться государством:

— Это будет настоящий узел на шею каждого журналиста, если ты неправильно что-то сделал, по их понятиям. [При этом] даже не определено, кто устанавливает, верно или неверно [поступил журналист]. Журналист должен будет согласовывать каждый свой шаг. Во всём мире вопросы саморегулирования, этических принципов журналистики не относятся к законодательной деятельности.

ЧТО ВЫЗЫВАЕТ БЕСПОКОЙСТВО ЖУРНАЛИСТОВ И МЕДИАЮРИСТОВ?

Медиаюристы обращают внимание на то, что в преамбуле проекта указано, что он нацелен на регулирование общественных отношений в области СМИ. Но, по сути, в сферу действия документа включены все интернет-ресурсы, то есть проект направлен не только на журналистов, но и на всех пользователей Сети.

Огромное беспокойство прессозащитников вызывает отсутствие срока исковой давности по делам о защите чести, достоинства и деловой репутации. В концепции правительственного законопроекта, которую обсуждали, был трёхлетний срок, медиаюристы считают, что его нужно снизить до года.

Медиаюрист Гульмира Биржанова

Медиаюрист Гульмира Биржанова

— Нас очень настораживает, что отсутствует срок исковой давности. По этому вопросу мы, казалось, уже пришли к какому-то консенсусу, но в последней редакции срок исковой давности опять убрали. Это тот период, после которого можно подать в суд по публикациям в СМИ. Сейчас он в Казахстане не установлен, по гражданским делам можно подавать в любое время — через 10, 20 лет, — отмечает Гульмира Биржанова, юрист фонда «Правовой медиа-центр».

Тревожит медиаюристов и появление пунктов о работе СМИ в «особых условиях». Под такие условия, по их мнению, теоретически могут подогнать любую чрезвычайную ситуацию — от техногенной аварии и стихийных бедствий до массовых беспорядков и вооружённого конфликта.

В законопроекте говорится, что журналисты «допускаются к выполнению поручения редакции в особых условиях с разрешения должностного лица» госоргана, а именно сотрудников КНБ, МВД, Минобороны и МЧС. При этом репортёры обязаны соблюдать указания должностных лиц и согласовывать с ними публикации.

Но и этим дело не ограничивается: журналистам запрещают распространять информацию, «дискредитирующую силовые ведомства, подрывающую общественный порядок и обороноспособность» и способную нанести вред госорганам. Кто будет определять, какая информация вредит госорганам, — непонятно. Но в проекте указано, что силовики могут в критических ситуациях запретить журналистам вести профессиональную деятельность.

Прессозащитники считают, что это противоречит Конституции, в которой гарантируется свобода слова и запрещается цензура.

Однако разработчики проекта обосновывают столь жёсткую регламентацию действий в «особых условиях» тем, что журналистов нужно защищать в опасных ситуациях, и ссылаются на мировую статистику убийств сотрудников СМИ.

«Так, по сведениям ЮНЕСКО, в 2018–2019 гг. во всем мире было убито 156 журналистов, 67 из них — в странах, переживающих конфликт. 23 сотрудника средств массовой информации погибли, когда вели репортажи из той или иной зоны боевых действий. В 2020 году 62 журналиста были убиты при выполнении профессионального долга, многие погибли, заразившись COVID-19», — пишут разработчики.

При этом не упоминается, что в этом докладе ЮНЕСКО отмечается, что большая часть погибших журналистов была убита в мирное время, освещая проблемы коррупции, нарушений прав человека, торговли людьми и политической нечистоплотности.

А вот наказание, к примеру, за воспрепятствование профессиональной деятельности журналиста составители проекта хотят смягчить, хотя в том же самом докладе, на который ссылаются разработчики, пишут, что для обеспечения права на свободное выражение мнений и обеспечения гражданам доступа к достоверной информации необходимо привлекать к ответу тех, кто совершает преступления против журналистов.

Смягчить наказание планируют путём частичной декриминализации статьи. Аргументируют это опять-таки важностью защиты журналистов.

«Надо признать, что с момента переноса указанного правонарушения из категории административного в категорию уголовного правонарушения, в Казахстане не сложилась практика применения данной нормы. Согласно статистике правоприменительной практики, за последние 5 лет по данной статье зарегистрировано всего 9 фактов досудебного расследования. В этой связи предполагается, что данное новшество станет существенным шагом на пути развития гарантии свободы средств массовой информации, создаст эффективный механизм для защиты представителей средств массовой информации от противоправных деяний», — отмечает разработчик.

В проекте говорится, что журналист может быть лишён аккредитации, если он нарушил правила аккредитации либо распространил недостоверные сведения, порочащие репутацию аккредитовавших его органов. Прессозащитники отмечают, что устанавливать, порочит ли репутацию та или иная информация, должен суд, а не другие госорганы.

Юристы отмечают, что в проекте тщательно прописаны обязанности журналиста, но не его права. Они считают документ ограничительным.

— Мы ожидали новый закон о СМИ, думали, будет новый текст закона, а они взяли действующую редакцию, добавили туда закон «О телерадиовещании» и получился один общий закон с изменениями, — говорит Гульмира Биржанова. — Должен быть принципиально новый закон, который будет соответствовать международным стандартам и принципам. Чтобы он больше был направлен на реализацию гарантированных прав журналистов, а не на государственное регулирование, как сейчас.

«Можно ли после такого закона работать журналистом?» Медиасообщество критикует правительственный проект
 

No media source currently available

 
0:000:04:420:00
 

В министерстве информации и общественного развития, в свою очередь, говорят, что проект всё ещё находится на публичном обсуждении и в него ещё могут быть внесены изменения.

В ведомстве также утверждают, что поддерживают предложения журналистов об ограничении срока исковой давности, но работавшая над концепцией законопроекта межведомственная комиссия занимает противоположную точку зрения. Не согласны в министерстве и с заявлениями о признаках цензуры в статье о работе в «особых условиях». Чиновники говорят, что журналистам нужно согласовывать материалы с госорганами, чтобы СМИ «случайно не выдали» место дислокации войск или информацию о каких-то антитеррористических приёмах.

НЕОДНОЗНАЧНЫЙ ПРОЕКТ НА ФОНЕ СЕРИИ АТАК НА ЖУРНАЛИСТОВ

Казахстан в индексе свободы слова международной организации «Репортёры без границ» занимает 122-е место из 180 возможных. Предлагаемые правительством изменения законодательства, если они будут приняты, могут ещё больше снизить рейтинг страны, считает Гульмира Биржанова.

— Казахстан, по моим прогнозам, откатится. Помимо закона ситуацию ухудшают атаки: в редакции подкидывают головы, кишки животных, журналистам заваривают двери, — говорит юрист.

Нападения на казахстанские СМИ в последние месяцы участились. 5 октября в офис издания Orda.kz прислали свиную голову, в пасть которой поместили порванную фотографию редактора Гульнары Бажкеновой.

13 декабря к редакции ElMedia принесли похоронный венок с подписью «для Ергалиевой» (редактором издания является Гульжан Ергалиева). В офисе неоднократно разбивали стекла, главред сообщала о травле и угрозах в свой адрес.

«Цель — закошмарить». Очередная атака на журналистов: пострадал Вадим Борейко
 

No media source currently available

 
0:000:04:380:00
 
 Прямая ссылка 
 

14 января неизвестные подожгли автомобиль журналистки Динары Егеубаевой, 5 февраля она сообщила о вооружённом нападении на сына.

Ночью 19 января также неизвестные залили монтажной пеной входную дверь журналиста Вадима Борейко, автора youtube-канала «Гиперборей». Борейко предположил, что акции устрашения журналистов, вероятно, координируются из одного центра.

20 января пресс-секретарь президента сообщил, что Касым-Жомарт Токаев отдал поручение тщательно расследовать инциденты.

Но нападения продолжились. 8 февраля Самал Ибраевой редактору портала Ulysmedia, сервер которого был взломан в прошлом месяце, прислали коробку с потрохами животного и фотографиями её детей.

На фоне этих тревожных событий и разработки неоднозначного законопроекта журналисты обратились к Токаеву. Они напомнили, что в выступлении в марте прошлого года президент обещал уделить особое внимание созданию открытого информационного пространства, востребованных и сильных медиа и призывал «пересмотреть закон о СМИ с учётом интересов государства, запросов общества и тенденций развития медиасферы». В обращении на имя Токаева говорится, что правительство «дискредитирует» эту идею и собирается принять закон, который не защищает права журналистов, а усиливает контроль государства над медиасферой и противоречит международным стандартам.

 

Источник: Радио Азаттык