«С пером и шпагой»

На ваш взгляд, как эта сделка отразится на работе «31 канала»?

— По-моему, это очевидные вещи. СТС – это развлекательный канал, его сердцевина сконцентрирована вокруг развлечений. А сердцевиной «31 канала» всегда была информация. Сейчас канал изменится в пользу развлекательного формата, если больше 60% активов будет принадлежать СТС. Если вы, конечно, это имеете в виду. 

Вы говорите, что формат 31 канала теперь станет больше развлекательным, чем информационным, а что будет с программой «Информбюро»?

— С «Информбюро»… Вы знаете, в связи с этим было сделано сообщение, что она будет выходить в сокращении. Если раньше мы выходили с высоким циклом, то сейчас, по всей видимости, останутся какие-то итоговые выпуски. Но опять же я в этом не уверен, вам лучше всего это обсуждать с руководством. 

А, на ваш взгляд, формат самих новостей изменится?

— Мне кажется, да. Но я не знаю. Я думаю, что я к этому отношения уже иметь не буду. 
В свете сделки с телеканалом «СТС» как вы можете охарактеризовать ситуацию с казахстанскими телеканалами? У нас ведь мало хороших информационных программ на телевидении.

— Я не знаю, можно ли обобщать случай с СТС и делать проекцию на весь медиарынок. Но, по всей видимости, информационные программы не нужны. Не нужны такие новости, которые рассказывают о событии и дают возможность прозвучать максимальному количеству взглядов и мнений. По всей видимости, это не ко времени сейчас. 

Почему вы думаете, что не ко времени?

— Вы знаете, это долгий разговор. По всей видимости, это происходит потому, что меняется политический формат государства, а государство пытается контролировать в этой ситуации медиа и, соответственно, меняет формат медиа. Политический формат меняет формат средств массовой информации. Я думаю, что у нас практически все они контролируются государством – напрямую или опосредованно.