Поправки и ограничения внесены сразу в несколько законов РК. 

МАТЕРИАЛ ПУБЛИКУЕТСЯ ДО ВСТУПЛЕНИЯ В СИЛУ ЗАПРЕТА НА «ПРОПАГАНДУ ЛГБТ». BES.media это делает НАМЕРЕНно, поскольку до сих пор неясно, ЧТО есть пропаганда в данном случае.

Что произошло

2 марта в Казахстане вступает в силу запрет на пропаганду нетрадиционной сексуальной ориентации. Норма закреплена сразу в восьми законах. Но даже после их прочтения понять, где грань, после которой новость или мнение превращаются в пропаганду, очень сложно. Из-за этого можно нарваться на крупный штраф или даже арест. 

Корреспондент BES.media разбирался в законодательных нюансах с руководителем юридической службы «Правового медиа-центра» Гульмирой Биржановой и юристом Ольгой Диденко.

Детали

Запрет пропаганды ЛГБТ и педофилии отражён не только в законе о правах ребёнка. Поправки внесены в законы:

• «О рекламе»
• «Об онлайн-платформах и онлайн-рекламе»
• «О масс-медиа»
• «О кинематографии»
• «О связи»
• «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию»
• «Об образовании»
• «О культуре».

Это означает, что ограничения распространяются на публикации в социальных сетях, СМИ, а также образовательные материалы, кино, рекламу и иную информационную продукцию.

Ольга Диденко

юрист

«Изначально цель могла быть в том, чтобы оградить детей от такой информации. Но поправки внесены в законы, которые касаются всей информационной сферы».

И даже маркировка 18+ не освобождает от действия запрета, поскольку изменения касаются не только детского контента.

Гульмира Биржанова обращает внимание на ещё один аспект – расширение термина «масс-медиа».

«Масс-медиа – это гораздо шире, чем просто СМИ. Плюс телекоммуникационные сети и онлайн-платформы – фактически всё, что связано с интернетом», – обратила внимание она.

Как сформулировано понятие «пропаганда»

Под пропагандой понимается публичное распространение информации о ЛГБТ или приверженности к ней, «в том числе через масс-медиа, телекоммуникационные сети или онлайн-платформы, если оно направлено на формирование положительного общественного мнения».

Точно так же прописано определение пропаганды педофилии.

С точки зрения буквального толкования закона, обязательными признаками пропаганды являются:

• публичное распространение информации;
• использование масс-медиа, телекоммуникационных сетей или онлайн-платформ;
• цель формирования положительного общественного мнения;
• в том числе распространение намеренно искажённой информации (включая deepfake).

По словам Диденко, если следовать формальной логике, отсутствие хотя бы одного из признаков должно исключать состав нарушения.

«Если буквально толковать норму, то если, например, не зафиксировано изменение общественного мнения, это не может быть пропагандой», – отметила она.

Как на практике оценить изменение общественного мнения по каждому случаю, непонятно.

Ольга Диденко

юрист

«Это будет восприниматься субъективно участниками информационного пространства и органами мониторинга. Поэтому под запретом, скорее всего, окажется распространение любой информации по этим вопросам».

Риск толкования

Главная загвоздка, по мнению юриста, углядеть в публикации цель.

«Пока непонятно, кто и по каким критериям будет определять, имелась ли цель сформировать положительное общественное мнение», – подчеркнула Диденко.

Даже если будет разработана методика, доказать наличие такой цели в каждом конкретном случае объективно сложно.

«Те, кто будет выявлять нарушения, скорее всего, будут утверждать, что при распространении информации имелась цель формирования положительного общественного мнения. Без особого доказывания, так как на практике это сделать невозможно», – считает эксперт.

Где проходит граница

Главный вопрос: сможет ли обычный человек или целая редакция понять, что именно подпадает под запрет. С точки зрения права, различие между информированием и пропагандой заключается прежде всего в тональности подачи материала.

«Информирование – это нейтральный и сбалансированный подход или представление разных точек зрения. Пропаганда – это доминирующая позиция с явным преобладанием одной», – объяснила Диденко.

В условиях отсутствия конкретных критериев именно оценка тональности может стать предметом споров.

Гульмира Биржанова приводит пример: если журналист освещает судебный процесс и упоминает публичную позицию участника дела, который не скрывает своей ориентации, формируется ли тем самым «положительное общественное мнение»?

В казахстанском законодательстве уже существует перечень противоправной информации, однако практика её определения нередко вызывает споры. 

«Ложная информация у нас не определяется экспертизой. Так же, скорее всего, будет и с пропагандой – каким образом это будет определяться, пока непонятно», – отметила Гульмира Биржанова.

Ольга Диденко уточнила, что если речь идет о нейтральных новостных материалах (например, информация о возбуждении дела, следствии и судебном процессе по педофилии), то риска нет. Однако сложности для СМИ начинаются в отношении информационных материалов по вопросам ЛГБТ-сообщества.

«Здесь есть риск, что даже нейтральные новостные материалы могут расцениваться как пропаганда», – сказала Диденко.

Кто будет следить за соблюдением

Мониторинг интернет-пространства и медиа-контента уже осуществляется уполномоченными структурами. Существует центр анализа и мониторинга, который выявляет потенциально противоправный контент и передаёт материалы в профильное министерство.

В случае с медиа санкции может применять министерство культуры и информации. По словам Биржановой, речь идёт об административной ответственности.

«Они выявляют, передают в министерство культуры и информации, и уже там применяются санкции. Это ещё одно дополнительное ограничение для журналистов», – пояснила она.

В МВД, минюсте и прокуратуре оперативно ответить на вопросы BES.media о работе запрета и роли правоохранителей не смогли. Ответы на официальные запросы редакции сейчас готовят.

Коснутся ли изменения культуры и онлайн-платформ

Норма распространяется не только на традиционные СМИ. Формулировки охватывают онлайн-платформы и телекоммуникационные сети.

Кроме того, в парламенте обсуждаются масштабные поправки к законодательству об онлайн-платформах и блогерах. По словам юриста, не исключено, что регулирование может затронуть и онлайн-кинотеатры.

«Если там будет выявлена пропаганда, это может стать основанием для блокировки. Сейчас идёт большой пакет поправок, связанных с онлайн-платформами», – рассказала Биржанова.

Нужны ли разъяснения

Ключевой проблемой юрист считает отсутствие детализированных критериев применения нормы.

Гульмира Биржанова

«Должно быть какое-то внятное разъяснение, чтобы люди понимали. Иначе будет самоцензура, и люди просто не захотят вообще писать на эту тему. Уже очень много тем, на которые нельзя писать, то есть если какого-то внятного разъяснения не будет. Они же заявляют, министерство, уполномоченные органы, что вот, мы не запрещаем таких людей и так далее. Ну, они должны давать конкретно сейчас разъяснение по тому, как это должно работать».

Если государство заявляет, что речь идёт не о запрете людей как таковых, а о запрете пропаганды, то механизмы разграничения должны быть понятны обществу.

«Они должны сейчас давать конкретные разъяснения по тому, как это должно работать».

Эксперт прогнозирует, что при отсутствии чётких разъяснений редакции могут пойти по пути самоограничений. По её словам, тема и раньше считалась чувствительной, особенно для государственных медиа, работающих по госзаказу. Теперь при наличии административной ответственности и неопределённых критериев риск самоцензуры может усилиться.

Что в итоге должен учитывать обычный гражданин

Пока официальные рекомендации не опубликованы, остаются открытыми несколько практических вопросов:

• как будет оцениваться «положительное общественное мнение»;
• требуется ли экспертиза при установлении факта пропаганды;
• будут ли применяться предупреждения до штрафов;
• коснётся ли норма личных высказываний и комментариев в социальных сетях;
• какие именно санкции будут назначаться в каждом конкретном случае.

Кейс России

Первой на постсоветском пространстве запрет «пропаганды нетрадиционных сексуальных отношений» ввела Россия. В 2013 году был принят федеральный закон, внёсший изменения в законодательство о защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию. 

Изначально ответственность была административной: штрафы для граждан, должностных лиц и организаций, а также возможная приостановка деятельности юридических лиц. Для иностранных граждан предусматривалось выдворение из страны.

Под нарушение запрета попадали публичные акции, публикации в СМИ и социальных сетях. В отдельных случаях поводом для административных дел становились одиночные пикеты, публикации с символикой ЛГБТ-сообщества или даже репосты чужих сообщений.

Европейский суд по правам человека в 2017 году признал применение нормы нарушающим свободу выражения мнения, однако внутри страны закон продолжил действовать и со временем был ужесточён.

В 2022 году запрет был расширен: из формулировки убрали ограничение «среди несовершеннолетних», распространив норму фактически на любую аудиторию. Ужесточились требования к онлайн-платформам, кинотеатрам и книжным издательствам. Контент, признанный нарушающим закон, подлежал удалению, а в случае отказа ресурсы блокировались.

После расширения запрета часть издательств и онлайн-кинотеатров самостоятельно изымали произведения или маркировали контент, чтобы минимизировать риски санкций. Медиа нередко избегали публикаций, даже если речь шла о новостях по теме.

В ноябре 2023 года решением Верховного суда ЛГБТ-движение было признано экстремистским, а его деятельность на территории РФ запрещена.

Контекст

30 декабря 2025 года президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев подписал пакет поправок, которые, в том числе, предусматривают запрет «пропаганды ЛГБТ».

Поправки были включены в закон по вопросам архивного дела. Несмотря на предупреждения правозащитников и уже зафиксированные случаи угроз, агрессии и стигматизации в адрес ЛГБТ-людей, мажилис одобрил эти нормы 12 ноября, а 18 декабря их поддержал сенат.

Ответственность за «пропаганду ЛГБТ и педофилии» включили в статью 456 КоАП – «Нарушение порядка объявления выходных данных».

Для нарушителей запрета предусмотрены следующие наказания:

40 МРП (157 280 тенге) или арест до 10 суток – за повторное.

штраф 20 МРП (78 640 тенге) за первое нарушение;

Источник: Bes.media