Официальная платформа петиций ePetition.kz работает с апреля 2024 года, но поддержать петицию по-прежнему можно только с компьютера — с установленной программой NCALayer и ключом ЭЦП. Мобильную подпись через eGov Mobile власти обещали к концу 2024 года, затем перестали называть сроки, а летом 2026 года профильное министерство ответило, что такой механизм «на текущем этапе не предусмотрен».

Об этом говорится в ответе министерства искусственного интеллекта и цифрового развития на запрос BES.media, опубликованном 30 июня 2026 года. В ведомстве объяснили отсрочку миграцией инфраструктуры электронного правительства на новую платформу центров обработки данных и сослались на необходимость перестроить контур аутентификации и подписания, провести интеграцию, тестирование и проверку на соответствие требованиям информационной безопасности. Конкретных сроков министерство не назвало.

Как подписывают петицию сейчас

Чтобы поставить подпись на ePetition.kz, гражданину нужно:

• иметь компьютер — смартфон для подписания не подходит;
• скачать и установить NCALayer с сайта Национального удостоверяющего центра и сертификаты НУЦ РК;
• иметь действующий ключ ЭЦП, загруженный на этот компьютер;
• авторизоваться на портале и подписать петицию ключом.

На практике этот порог отсекает часть желающих. Ещё в мае 2024 года, когда петиция против единого часового пояса набирала голоса, жители жаловались, что технически поставить подпись непросто, — об этом писал Informburo.kz. Сама связка «ключ + NCALayer» регулярно даёт сбои: осенью 2025 года пользователи по несколько дней не могли перевыпустить ЭЦП из-за ошибок программы и неприходящих SMS-кодов, сообщал Digital Business.

Хронология обещаний и переносов

• Апрель 2024. Запуск ePetition.kz после принятия закона «Об общественном контроле» и поправок в Административный процедурно-процессуальный кодекс (статьи 90-2 — 90-5).
• Июль 2024. Глава комитета госуслуг Айнур Юсупова заверила, что подписание через eGov Mobile появится до конца года: «до конца года это точно будет», — цитировал её BES.media.
• Июнь 2025. Министр цифрового развития Жаслан Мадиев сообщил, что функция тестируется на ограниченном круге пользователей, но сроки запуска назвать не смог (Bizmedia.kz).
• Август 2025. Минцифры переадресовало вопрос о сроках министерству культуры и информации: цифровое ведомство отвечает лишь за разработку, а сроки известны заказчику — минкульту (BES.media).
• Сентябрь 2025. АО «Национальные информационные технологии» ответило, что функцию внедряют по мере выделения бюджетных средств, а в 2025 году деньги на неё не предусмотрены (BES.media).
• Апрель 2026. На самом ePetition.kz опубликована петиция с требованием запустить мобильную версию платформы (BES.media).
• Июнь 2026. Министерство ИИ и цифрового развития: мобильное подписание отложено на неопределённый срок.

За два года ответственность за функцию успела побывать у трёх структур — цифрового министерства, его оператора НИТ и министерства культуры и информации. Каждая из них указывала на другую либо на бюджет.

Технически это уже умеют

Довод о сложности интеграции плохо сочетается с тем, что государство давно подписывает документы без NCALayer. Ещё в ноябре 2022 года минцифры сообщало Tengrinews.kz о запуске QR-подписания: пользователь авторизуется в eGov Mobile по биометрии или пин-коду, сканирует QR-код на сайте и подписывает документ без флешки с ключом и без NCALayer. Механизм тогда уже работал на egov.kz, в Судебном кабинете и на сайте «Отбасы банка». Тогдашний министр Багдат Мусин заявлял, что поручил активизировать работу по полному отказу от NCALayer.

Судебный кабинет позволяет подписывать через eGov Mobile иски и заявления с августа 2022 года. За последние годы в приложение добавили обращения в полицию, цифровой паспорт домашних животных и ИИ-ассистента. Петиции в этот список так и не попали.

Миллион домашних компьютеров против почти 10 миллионов смартфонов

По данным Бюро национальной статистики, которые приводит BES.media, в 2024 году в казахстанских семьях было около 1,09 млн компьютеров. Распределены они неравномерно: в Алматы — более 336 тысяч, тогда как в Улытауской области — около 11,5 тысячи, в Жетысуской — около 13,3 тысячи. При этом пользователей eGov Mobile на конец 2024 года было более 9,7 млн.

Для сравнения — пороги, которые закон устанавливает для обязательного рассмотрения петиций:

• 50 голосов — чтобы петиция вышла из модерации в открытый доступ;
• от 2,5 тысячи — для районного уровня, в зависимости от численности населения;
• 50 тысяч — для рассмотрения на уровне правительства (Lada.kz);
• шесть месяцев — максимальный срок сбора подписей (Kursiv).

Наличие компьютера ещё не означает наличия на нём действующей ЭЦП и NCALayer, так что реальная аудитория, способная подписать петицию, заметно уже. Особенно сильно барьер бьёт по регионам и по людям, для которых смартфон — единственное устройство с выходом в интернет.

Кому выгодно

Официально никто не заявляет, что заинтересован в сохранении барьера. Но если разобрать, кто выигрывает от нынешнего положения, картина складывается вполне определённая.

Госорганы-адресаты. Петиция, набравшая порог, обязывает ведомство создать комиссию, провести публичное рассмотрение и дать ответ в течение 40 рабочих дней (Informburo.kz), а итог можно обжаловать в суде. Чем сложнее подписаться, тем реже инициативы доходят до этой стадии. За первые четыре месяца работы портала из 55 опубликованных петиций порог в 50 тысяч преодолели только четыре, следует из анализа BES.media. Почти все остальные застряли на уровне нескольких тысяч голосов.

Те, кто умеет мобилизовать подписи организованно. Тот же анализ показал характерную закономерность: самые резонансные петиции набирали 50 тысяч за считанные дни, тогда как обращения о бытовых проблемах едва доходили до пары тысяч. Журналист Ильяс Канбай в сентябре 2024 года разместил петицию с требованием прекратить принуждение госслужащих и бюджетников к подписанию нужных чиновникам петиций. В качестве примеров он назвал петиции против «пропаганды ЛГБТ» и за запрет азартных игр для чиновников, появившиеся в один день и быстро набравшие порог. Официально факты принуждения не подтверждены, однако логика барьера очевидна: когда для подписи нужен компьютер с ключом, преимущество получают те, у кого есть доступ к офисам, где ЭЦП есть у каждого сотрудника, а не разрозненные граждане со смартфонами.

Министерство культуры и информации как владелец «шлюза». Минкульт — заказчик системы и модератор, решающий, какая петиция выйдет в открытый доступ. В декабре 2025 года правозащитные организации заявили, что ведомство не допустило к публикации их петицию против закона о «пропаганде ЛГБТ», сославшись в том числе на формальные требования, которые, по их словам, не применялись к петиции противоположного содержания. А в июне 2024 года, сразу после того как четыре петиции одна за другой набрали порог, министр Аида Балаева заявила, что ведомство рассмотрит предложения о повышении порога в 50 тысяч подписей. Отсутствие мобильной подписи работает в том же направлении — как неформальный способ сдерживать число «проходных» петиций.

Директор фонда «Правовой медиа-центр» Диана Окремова в разговоре с BES.media допускала, что власти, помимо технических рисков, опасаются роста гражданской активности, а петиции остаются одним из немногих доступных инструментов на фоне отказов в митингах.

«…чтобы не дать этой активности плодиться и множиться», — так эксперт описала возможный мотив госорганов.

Позиция властей

Официальные объяснения сводятся к надёжности и безопасности. Министр Жаслан Мадиев говорил, что функцию нельзя выпускать без полной отладки, поскольку массовое одновременное обращение пользователей создаст нагрузку, сопоставимую с хакерской атакой.

«…это равнозначно DDoS-атаке», — заявил министр, объясняя задержку (BES.media).

В ответе 2026 года министерство также сослалось на необходимость сохранить целостность данных, корректный подсчёт голосов и доверие к институту петиций. Кроме того, ведомство подчёркивает, что закон допускает подачу и поддержку петиций в письменной форме, и считает, что граждане не лишены возможности участвовать.

Однако eGov Mobile ежедневно обслуживает миллионы пользователей, включая сезонные пики подачи документов и оформления услуг, а механизм подписания документов через приложение работает с 2022 года. Почему именно петиции требуют отдельной архитектуры и отдельного бюджета, ведомства публично так и не объяснили.

Чего требуют граждане

Петиция общественного деятеля Нияза Ахметова, опубликованная в апреле 2026 года и адресованная президенту, парламенту и правительству, предлагает:

• разработать мобильное приложение ePetition.kz для iOS и Android;
• интегрировать сервис в eGov Mobile;
• определить ответственные госорганы и опубликовать план развития платформы;
• усилить нормативную базу института петиций.

«Не у всех людей есть компьютер, но у всех есть смартфон», — объяснил автор инициативы.

Проблема остаётся актуальной: например, запущенная в начале сентября 2026 года петиция против строительства курорта в урочище Кок-Жайлау, по данным Total.kz, должна собрать 50 тысяч голосов — и все они могут быть поданы только с компьютера.

Что дальше

Министерство ИИ и цифрового развития обещает вернуться к вопросу по мере дальнейшего развития системы с учётом нормативных, организационных, технических и финансовых аспектов. Ни сроков, ни бюджета, ни ответственного за итоговое решение ведомства публично не названо. Пока институт петиций, который власти представляют как инструмент «слышащего государства», остаётся доступен лишь той части граждан, у которой есть компьютер, ключ ЭЦП и терпение разбираться с NCALayer.

Источник: Polites News